Мария Чинихина - Музыкант и Королева

– Не вижу ничего странного в том, что хочу оградить детей от публичности, и чтобы у них было нормальное детство – общение и друзья. Мои дети сами решают, говорить правду о себе сверстникам или нет.

– Ваш муж поддерживает вас?

– Да.

«Ему все равно. Если не на гастролях, то сутками засиживается в студии. Эдди и Альберта чаще видят отца по телевизору…».

– Вы – занятая и публичная женщина. Управлять Страной Королевы не просто. Расскажите, как вы проводите время с детьми? – Мэтью не сомневался, что вытащит из нее нужную информацию. О последствиях он не волновался. Его предшественники просто боялись спрашивать напрямую о семье. Он же пошел на риск и пока не жалел.

«Не только страной, – подумала Элизабетта, вспомнив об „овальных заседаниях“, которые возглавляла с недавнего времени постоянно. – Отец помогает мне. Ночью предстоит перелет на Остров в главную штаб-квартиру … Анри в Городе … Он задает вопросы. Подозревает? Вряд ли».

– Я справляюсь с общественными делами, – быстро ответила она, собравшись с мыслями, – и успеваю встречаться с многими людьми. Команда, сформированная много лет назад, помогает мне. Детей я вижу каждый день и стараюсь не допускать в расписании ночевок вне Золотого Дворца. Вечером я желаю им спокойной ночи. Они ждут этого, а я знаю, для них это важно.

Мэтью сделал очередные пометки в блокноте и поправил съехавшие очки карандашом.

– Ваш муж творческий человек. На кого наследники похожи больше, на вас или на него?

– Мои дети умеют играть на гитаре, увлекаются общественным устройством, литературой и любят футбол. Думаю, я ответила на ваш вопрос.

– Дети королевы и гитара …. Странное сочетание, – хмыкнул Мэтью.

– Мы с мужем стараемся развивать таланты наших детей, и я рада, что старший ребенок достойно сменит меня в будущем, а двум младшим не придется делать выбор.

– Как вам? – напомнил Мэтью и заметил, что лицо собеседницы посерело.

– Я ни о чем не жалею, мое место здесь, в этой гостиной, в кресле бабушки. Она досрочно передала мне права на наследство по состоянию здоровья… Мне кажется, что вы уже перешли дозволенные рамки…

Элизабетта взяла карандаш и, наклонившись над столом, ткнула конец с резинкой главному редактору в грудь. Мэтью смотрел на нее ошеломленно.

– Я всегда могу передумать, – заявила она, а он предпочел сделать вид, что не понял ее. Так было удобнее. Элизабетта вернулась в прежнее положение.

– Начнем сначала? – спросил Мэтью и перевернул страницу в блокноте, не дождавшись ответа.

Мэтью Саммерс наблюдал за молодой женщиной, которая стала королевой, возможно, не по своей воле. Элизабетта не укладывается в образ обычного человека. Прическа, элегантный синий костюм и взгляд, говоривший, что она в любой момент может отдать приказ уничтожить его, если захочет. Она развернула кресло немного вбок и ждала следующего вопроса. Слова повисли в воздухе. Мэтью выполнял задание, и он почти справился. Два года назад в успех журнала «Саммерс» поверили влиятельные люди и поставили задачу вывести издание в статус ведущего. А как завоевать внимание читателя, не подкинув лакомый кусок из личной жизни самого публичного человека, о подробностях которой не догадывались ранее?

Мэтью задал Элизабетте следующий вопрос, о муже, а пока она отвечала, он вспоминал, как обивал пороги королевской администрации несколько месяцев, чтобы договориться об интервью. Каждую неделю чиновник, принимающий заявки в пресс-службу Золотого Дворца, выдавал отказ без объяснения причин. Время, которое магнаты дали на продвижение «Саммерс», истекало. Если бы не случайная встреча с девушкой по имени Жасмин, журнал прекратил бы существование. Жасмин поделилась с Мэтью успехами в карьере и пожаловалась на неудачи в личной жизни, а он тут же забыл, что пришел в бар напиться, вывел на первый план фирменные методы обаяния, а этим он мог гордиться! Мало кто мог устоять. Жасмин на чары обольщения повелась и в короткие сроки устроила интервью, которое спасет его карьеру в «Саммерс».

Заметив, что настроение Элизабетты изменилось, Мэтью очнулся от воспоминаний и перешел к стандартным вопросам из списка Жасмин.

– Привет, друг! – Анри услышал голос Весты в дверях аппаратной, сдвинул коробку с пластинками в сторону и предложил войти. Он отметил, что подруга после отпуска заметно похорошела и загорела.

Веста вошла в небольшую комнату без окон, несколько раз обернулась, давая понять, что довольна жизнью, успехом студии и окрепшей за долгие годы дружбой. Анри позволил быть рядом, и она радовалась предоставленной возможности. Он делился с ней сокровенным, тем, что влияло на душевное состояние и беспокоило. Она знала о его успехах или неудачах. И более не считала наследницу … нет, королеву, соперницей.

– Никаких перемен? – спросила Веста. – Пять лет назад вы с Моном уговорили меня прервать отпуск и решить проблему с радиостанцией Петера, долги которой оплатила корпорация Пена, при этом отрезав исполнителям Анри Смита последний путь к вершинам. В этом году я отдыхала четыре недели, ожидая звонка. Неужели справились?

Анри опустил голову и бросил пластинку в коробку. Появление Весты не удивило его. Он ждал ее все дни, пока длился отпуск, чтобы выплеснуть накопившиеся мысли, которыми не мог поделиться ни с кем. Долгое время он считал «жилеткой» Элизабетту, но она, как и он, изменилась до неузнаваемости.

– О чем хочешь поговорить? – спросила Веста. – Прошло немного времени после моего отъезда.

Анри задумался, не зная, какую проблему озвучить первой.

– В студии никаких новостей, все по-старому. Готовимся к юбилейному фестивалю на Острове. Работы предстоит много – я запланировал три дня.

– Знаю, – перебила его Веста. – Саша превратилась в суперзвезду, а ты дал надежду перспективным музыкантам выйти из тени и вступил в войну с корпорацией Льюиса Пена, похлеще той, которую вел Стимми Виртуоз в свое время. Если бы не всемогущая жена, Пен давно бы раздавил тебя, как жука. Мягко, тихо, ты бы и не заметил. Значит, причина твоего настроения в другом! Угадала?

– Злорадствуешь? – игнорируя неуместное, на его взгляд замечание Весты, спросил Анри.

– Констатирую факт. Я, в отличие от тебя, работаю на два фронта – в студии на Группу и мужа королевы, дома на Билли, лучшего менеджера корпорации.

– Может, ты шпионишь за мной, признайся? Притворяешься доброй, честной, искренней, а потом намеренно подставишь лучшего друга?

– Смешно! – Веста взяла в руки стакан и выпила кофе, который сразу же взбодрил ее. – Оставим пустые разговоры о делах, лучше расскажи, как поживают жена, дети? – Она намеренно давила на него, так как он не скоро бы решился заговорить о семье. Веста заметила, как он занервничал и скис, затем снял с полки над диваном коробку с подарками детей, достал машинку, зайца и принялся рассматривать игрушки. Зайца он дергал за ухо и губы смыкались в улыбку, а когда попробовал открыть дверцу машинки, то Весте показалось, что слеза течет по его щеке.